О, Господи, как все же быстро
Пейзаж сменился за окном
От солнечной полянки чистой
До бардака, где все вверх дном.
От милых девушек веселых
До злых и менторских старух.
Я не успел сказать ни слова,
Перехватило уже дух.
Как быстро испарилась сказка -
Беспечной юности игра,
И уже сорваны все маски,
И мир разбит, как зеркала.
Разоблаченный и корыстный,
Оскаливает он клыки,
Как злобный пес, и ты в нем лишний
До окончания игры.
И окончанья путешествий
Уже ты ждешь, словно чумной,
И в ожиданьи новых бедствий,
Ковчег готовишь, словно Ной.
Ты ждешь уже переселенья
Опять в беспечные края,
Где червь геены и сомнения
Не будет истязать тебя.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Проза : Реальность - Андрей Скворцов Я специально не уточняю в самом начале кто именно "он", жил. Лес жил своей внутренней жизнью под кистью и в воображении мастера. И мастер жил каждой травинкой, и тёплым лучом своего мира. Их жизнь была в единстве и гармонии. Это просто была ЖИЗНЬ. Ни та, ни эта, просто жизнь в некой иной для нас реальности. Эта жизнь была за тонкой гранью воображения художника, и, пока он находился внутри, она была реальна и осязаема. Даже мы, читая описание леса, если имеем достаточно воображения и эмоциональности можем проникнуть на мгновение за эту грань.
История в своём завершении забывает об этой жизни. Её будто и не было. Она испарилась под взглядом оценщика картин и превратилась в работу. Мастер не мог возвратиться не к работе, - он не мог вернуть прежнее присутствие жизни. Смерть произвёл СУД. Мастер превратился в оценщика подобно тому, как жизнь и гармония с Богом были нарушены в Эдеме посредством суда. Адам и Ева действительно умерли в тот самый день, когда "открылись глаза их". Непослушание не было причиной грехопадения. Суд стал причиной непослушания.
И ещё одна грань того же. В этой истории описывается надмение. Надмение не как характеристика, а как глагол. Как выход из единства и гармонии, и постановка себя над и вне оцениваемого объекта. Надмение и суд есть сущность грехопадения!
